09 Ремонт

Юрий Смирнов

09 Ремонт

Ремонт
Первый гарнизон Укурейский. Название как будто просит спросить: "Это возле каких курей?" До Читы 350 км, до районного Чернышевска 40 км. Одним словам " центр" цивилизации. Пять пятиэтажных домов, три двухэтажных и гостиница в три этажа, где на первом была маленькая платная столовая общепита. После встречи и беседы с замполитом, майором лет сорока, Геннадием Сергеевичем М. я вышел окрашенный с ключами от квартиры, которая оказалась на втором этаже двухэтажки, с подселением. Соседка, бурятка лет 27-30, вежливо поздоровались и удалилась в свою комнату, которая от моей 12 метровки отделяла внутри комнатная дверь, намертво забитая гвоздями, но обеспечивающая идеальную слышимость, происходящего у соседей. Делать нечего, пришло решение до приезда жены сделать некий косметический ремонт, но не тут- то было. Времени на это никто не давал. Командир, подполковник Овчаров, приказал с завтрашнего дня приступить к обязанностям командира взвода связи с ЗАС и обеспечить, в силу отсутствия начальника группы РСБН, полеты авиационного полка. На мое возражение, что навигационные системы в училище не преподавали, он ответил, что инженер, значит разберёшься. Сутки я просидел на РСБН, обложившись умными книгами по управлению норовом системы ближнего наведения, которая выглядела как аванс на колесах с огромной " луковицей" на крыше. Первые полеты обеспечили в составе дивизиона на твердую 4, что, как я узнал, было редкостью, ибо все косяки всегда списывать на связистов. Придя спустя сутки в свою комнату под утро в надежде пару часов поспать, но не спаслось. Оказалось, что сосед, прапор, ростовском в 150-155 см, вредный садист татарин, два раза в день, утром и вечером, путем физического воздействия на жену, учил ее, которая визжал во все горло, " любить малую родину, и.е. себя. Я вытерпел два дня, а потом, в момент очередной экзекуции вышел в общий коридор, приподнял прапора за грудки и предупредил, что когда я дома должна быть мертвая тишина или выброшу в окно. Прапор сменил время экзекуций, но его половина пожаловалась на меня замполиту. Геннадий Сергеевич, уже зная обстановку в этой квартире, меня не ругал, а уговаривал потерпеть. Однако увидел в моих глазах решимость навести порядок любой ценой, предложил пожить в общаге, а через месяц освободится однокомнатная квартира в пятиэтажке, на первом этаже, откуда съедет наш начальник РЛГ, в силу увеличения семьи на ещё одного сына. Их у него стало уже трое. Я не заставил себя уговаривать и сразу съехал в гостиницу. Через месяц, как и обещал замполит, мне вручили ключи от квартиры. Да, на первом этаже, но однушка, причём моя, с ванной, туалетом, кухней в 7,5 квадратов, комнатой в 18 метров! Хоромы! До приезда жены осталось 20 дней, материалов на ремонт нет, причем никаких. И тут я стал собирать инфу где и что можно купить или изъять. Но это отдельная история. Как раз в это время вышел приказ Минобороны об оказании всемерной поддержки молодых офицеров. Как не странно на следующий день меня вызвал замполит и дав в руки огромный список дефицитных товаров и сказал выбирай, что хочешь, хоть все. Учитывая, что большую часть зарплаты я отослал жене, моих финансовых возможностей хватало лишь на какой- то чайник из списка. Мудрый майор сказал, что ответ требуется дать к вечеру. Когда я вышел из его кабинета, меня ждали все офицеры дивизиона. Посыпались предложения спонсировать меня в долг , в благодарность за что взять для них отдельные товары из списка, который я держал в руках. Таким образом я смог купить ГДРовский палас за 150 рублей и финские улетные сапоги за 95 р. А для спонсоров: холодильник, три ковра, стиральную машину ещё что- то, но уже не помню. Правда, покупки обмывали армянским, так пожелали счастливые половинки офицеров-спонсоров.

Итак ремонт.
Старые драные обои были сняты за несколько минут. Но новые купить негде и было принято решение потолки и стены делить. Мела нет и побелку сделал известью. Кто бы мог подсказать, что она бывает гашённая и не гашённая. Стены и потолок получились серыми с ярко выраженной красноватой прорезью. Ужас, но выглядело как СССРовский знак качества: ноги на ширине плеч и раскинутые в сторону руки, все говорило, что лучше невозможно. Решил, что приедет супруга и в своем переделаем. Вот настал октябрь и придет жены. Встречаю в Кадале (Читинский аэропорт). На улице уже 45 мороза. Я в повседневной форме, под мышкой меховая техническая куртка, которую взял с собой и не зря. В те годы отношение к офицерам было не то, что сейчас. Я был беспрепятственно пропущен на взлетку, где небольшой группой офицеров ВВС встречали московский рейс. И вот вижу моя половина выходит на трап. Тоненькие зимнее пальто джерси. Вязанная шапочка, капрон и сапожки. По мере приближения вижу, что мороз гад вытворяет. Лицо супруги с каждым шагом меняет цвет на красно синеватый. Даже по сторонам не смотрит, прикрыла носи варежкой и идёт быстро мимо, видно что стремится в здание аэропорта, там тепло. Я окликнул, подбежал и накинул на плечи спасительную куртку. Бегом в зал ожидания. Пока везли багаж согрелась. Багаж из четырех мест: два чемодана, хоз сумка с едой и, о счастье, упакованные пять рулонов немецких обоев. Как она все это волокла не представляю. Взяли такси и на вокзал. Поезд в 22 с копейками. Ждать долго. В трёх кварталах от вокзала универмаг. Купили валенки, теплые вязанные гамаши, одним словом привели киевлянка в соответствие с природными условиями. Вечером сели в поезд. Тепло натопленные вагоны гостеприимно встретили нас. Супруга стала раздеваться, но я как уже бывалый забайкалец попросил ее этого не делать. Поезд тронулся и со всех щелей стал свистеть морозный ветерок, стены купе покрылись льдом. Спали в полглаза, одетые и укрытые матрасами. Часов в 7 начали собираться. В коридоре вагона увидел майора гарнизонной КЭЧ, узнал, что его встречают. Он обещал взять с собой. Станция Укурей, дощатый сарай, от мороза чуть просматривалась. Местные девчонки стояли на пероне в пуховых пилотках с трёх сантиметровыми ледяными ресницами. Видно, что мороз стал крепче. В кабину ЗИЛа, кроме водителя, сели КЭЧевиц, жена и я. Вещи в кузов, куда залезли ещё 8 человек и ехали 12 км стоя. Весь путь среди голых сопок настроение жены потихоньку портилось. Она, видимо, спрашивала себя, за что ей это. Но скоро появились гарнизоновские пятиэтажки и с воскликом, ух ты большие дома, настроение немного улучшилось. Нас довезли до самого дома. Зашли внутрь квартиры, где стояла одна солдатская кровать. Первое, что сказала супруга: тепло, а ремонт мы осилим. Через минут 15 в дверь позвонили. Солдатики принесли вторую кровать, матрас, одеяло и постельное белье. Распорядился замполит. И началась новая жизнь в дали от дома. Для потолка купили коробку зубного порошка. Потолок получился бело-голубым и наполнил комнату запахом мяты. На клейстер из муки поклеили обои. Пришел контейнер, где была софа, разные житейские мелочи и чёрно-белый телевизор. Стол для кухни временно дал начпрод, жил в нашем подъезде, стол для комнаты сварганил из коробки от цветного телевизора, положив на верх кусок фанеры и укрыли скатертью. Жизнь обретала новые очертания и была наполнена счастьем и молодостью. Когда привели квартиру в порядок решили отпраздновать. Пригласили в гости моего сослуживца ст. лейтенанта Гену Гусева. Он был как и я выпускник чернопогонного, как говорили в авиации, училища. Большой, огромной силы сибирский парень и города Яя, подкупающий своей добротой и неуклюжестью. Мы с ним смотрелись как Тарапунька и Штепсель, я был ростом еле до его плеча. На новоселье он пришел с холодильником "Морозко" под мышкой. Сели на кухне. Гена облокотился на стол локтями, Сол мы еле поймали. Закуска была спасена. До нового 1980 года оставалось две недели. Встретили новый год в компании офицеров и их семей, танцевали в доме офицеров. Пришли домой. Под утро заснули, но разбужены стуком в дверь. Перед дверью стояла жена офицера, соседка, муж на службе, а у нее из батареи пред вода в потолок. Одним словом кочегары решили встретить новый год, выпили и заснули. Проснувшись увидели, что котел погас и вода остыла. С похмела резко переключили подачу отопления на резервный горячий котел. По остывшей системе отопления пошел кипяток. Система не выдержала. Порвало радиаторы, трубы, гарнизон разморозили. На следующий день наши обои со стен упали на пол. И начались долгие дни выживания гарнизона, буржуйки в квартирах, привозная вода, закрытые магазины. Но это уже совсем другая история.