БОРОДА

Анатолий Мясоедов

БОРОДА

БОРОДА

В нашем Киевском высшем военном инженерном дважды краснознаменном училище связи имени М.И. Калинина профессорско- преподавательский состав был очень сильным. Доктора наук, кандидаты технических наук, офицеры и гражданские дружно ковали из нас, бесформенных организмов, инженерные кадры для войск связи.
Среди них были и очень оригинальные. Например, преподаватель физики Завалин, по прозвищу «Борода». Он пользовался непререкаемым авторитетом в курсантской среде. Одной из его любимых поговорок было:
-«Сегодня ты- князь, а завтра- трудящийся Востока»,
-«Вы отвечаете на вопросы так, как будто вы жили в труднодоступном районе, вдалеке от железных дорог!»
Завалин был чуть ниже среднего роста, крепкого телосложения, носил русую бородку аккуратным клинышком, на левой руке имел наколку в виде эмблемы связи. Эта наколка мне говорила о том, что Борода в прошлом был офицером. Борода был немногословен, конкретен и беспощаден к нерадивым курсантам. Так как нас было много, то его практические занятия по материалам пройденных лекций наносили такой урон в рядах потенциальных увольняемых, какой наносит атомный заряд малой мощности на открыто расположенный мотострелковый полк.
Борода входит в наш класс №222, все встают и принимают положение «Смирно», дежурный докладывает о готовности к занятиям. Борода заявляет:
-«Летучка! Продолжительность - пять минут! Вариант один, вопрос один на всех. Все подписывают лист и дают письменный ответ».
Ровно через пять минут листки сдаются. Треть из нас сдают чистые листы, четверть с какими-то судорожными пометками, у двух- трёх отличников написаны какие-то осмысленные слова.
Проверка занимает не более 10 минут. Борода брезгливо берет лист с ответами за уголок и медленно поднимает его перед своими глазами: -
-«Тимченко- два! Проскурин- пять!, Мурза- два!».
Через пятнадцать минут все кончено. Все опрошены и все оценены и главное справедливо и объективно.
Борода списать не даст, во время летучки он беспрерывно ходит между рядами и твердит:
-«Я научу вас списывать! Вот на десятом курсе был у меня курсант- вижу, что списывает, но не вижу- откуда!». Прощай увольнение! А как хотелось в город Киев!
Несмотря на эрудицию, беспристрастность и справедливость работы Бороды, его очевидное превосходство над нами вызывало у меня внутренний протест. Еще бы- я был отличником первого семестра,
- «Как сдашь первую сессию, так и дальше пойдешь»- говорили старшекурсники. Я знал физику при поступлении, но постоянные наряды, пропуск материалов и нежелание догонять ушедших вперед сильно уменьшало мои шансы на отличную учебу.
Лекции Борода вел очень хорошо и понятно. На его лекциях присутствовало около ста пятидесяти человек. Я сидел на заднем столе и принципиально не вставал по команде старшины «Встать, смирно!», т.к. доклад военнослужащего гражданскому лицу не предусмотрен уставами.
Через некоторое время я убедил и Мурзу, сидящего рядом со мной не вставать. Убеждал словами и силой, удерживая его в сидячем положении.
Когда я в очередной раз упивался своей неординарностью и смелостью сидя за столом по команде «Смирно!», Борода, взойдя на кафедру, объявил:
-«Если раньше Мясоедов один не вставал по команде «Смирно», то сейчас он не дает вставать и Мурзе!».
Дело мое было плохо. Несмотря на все усилия по маскировке, Борода видел мои сидячие демарши и раньше. До экзаменов оставалось меньше недели. Зная беспощадность Завалина, мое «геройство» было как минимум предпосылкой к двойке по физике.
Судорожные три дня подготовки и вот- экзамен…
Сказать, что я переживал- это ничего не сказать.
Беру билет, сажусь за стол. Первый вопрос- знаю. Задача по оптике в одно действие, но формулу не знаю. Из условия имею шесть разных данных в разных размерностях. Надо найти длину волны. Она малая величина- ангстремы. Перевожу все данные в систему СИ, начинаю судорожно делить и умножать все на все в надежде получить метры. После сокращений получил метры и величина очень маленькая. Считаю, что это и есть искомая формула. Пишу формулу, «решаю» задачу. Остается второй вопрос. Ни до ни после я никогда не слышал такого: «Вращение двух материальных тел разной массы с разными угловыми скоростями вокруг оси. Биения». Рисую ось, на ней два тела, стрелками показываю направление их вращения, пишу омега 1 и 2 угловые скорости. Думаю, как одна догоняет другую возникают биения. Написал формулы соотношения по типу пропорций. Т.к. я не имел понятия по второму вопросу, то ответ на него решил давать последним. Первым отвечаю на тот вопрос, который твердо знаю. Борода спокойно и бесстрастно выслушивает:
-«Первый вопрос - оценка два!»- звучит его монотонный голос.
-«Это конец»- проносится мысль, это я рассказал ему то, в чем был уверен, сейчас я расскажу ему то, чего не знаю. Начну все-таки с задачи. Докладываю формулу и показываю решение.
-«Задача решена неправильно. Оценка- два». Сердце мое упало. Тихим голосом докладываю второй вопрос про тела и вращения.
-«Откуда вы это взяли? Кто это вам давал?»-спросил Борода
Две двойки не дают шансов для положительной оценки по экзамену, терять уже нечего:
-«Вы нам не давали этого на лекции, это я сам так придумал!»- дело было сделано и погибать надо с высоко поднятой головой. Такого провала я не ожидал. Прощай первый летний отпуск, а могут и отчислить за неуспеваемость, тем более, что мой земляк старший лейтенант Шевченко меня невзлюбил и с удовольствием примет участие в моей судьбе. Все это вихрем пронеслось в моей голове.
-«Конспект свой принесите по физике, посмотрим, чего я давал вам, а чего нет!». Мой конспект с обрывками лекций, рисунками на полях не мог произвести на Завалина благоприятного впечатления.
-«Лучше не надо приносить!»- ответил я.
-«Идите!» скомандовал Завалин и произвёл запись в зачётке.
Запись в зачетке означала, что Борода поставил мне двойку и исправлять ее при пересдаче не собирается.
–«Это конец»- снова подумал я, взял зачетку повернулся и вышел в коридор.
Меня сразу окружили друзья из моей группы, а также Геша Волков представитель 115 группы, конкурирующей с нами. Их средний балл пока был выше нашего. Наша надежда была на младшего сержанта Гудошника Михаила. Несмотря на высокое воинское звание Миша к нашей радости своим двойками значительно понижал средний балл своей группы:
-«Ну как?» спрашивали они
-«Два»-ответил я. Волков не скрывал своей радости…
Аралин взял мою зачетку:
-«Четыре! Тут написано четыре!». Я не поверил своим глазам. Действительно- четыре.
Прошло сорок восемь лет с момента экзамена, а я по- прежнему благодарен Завалину за урок, который он преподал мне, заносчивому юнцу, к которому он проявил снисхождение. Я не знаю, правильно ли я отвечал по билету, но как оставаться человеком, даже несмотря на нанесенную тебе обиду, я запомнил на всю жизнь.